Оставайтесь с нами
Психология

Когда развод — единственный выход

А может быть, не нужно ничего сохранять?

Психолог и психотерапевт Александр Ройтман размышляет о том, когда развод — единственно верный вариант из всех существующих.

— Бывает такое — к тебе приходит клиентка, спрашивает: «Как мне сохранить семью?», а ты смотришь и говоришь: «А может быть, не нужно ничего сохранять?».

— Знаешь, Альфред Адлер, основатель системы индивидуальной психологии, сказал: «Терапия — это плевок в суп. Суп после этого можно есть и дальше, но дальше противно». Адлер имеет при этом в виду вот что: если с момента плевка суп потерял для тебя ценность, вылей этот суп и свари новый. Но я считаю так: если после плевка суп тебе все так же ценен, поменяй свое мнение, назови плевок кулинарным изыском — бывают же лягушки в супе, морские гады или кузнечики — для кого-то они составляют вместе прекрасный букет, а для тебя таким букетом будет плевок. Но это клиент должен решить, конечно, чем для него стал плевок и, исходя из этого, что ему делать дальше.

В современной психологии не принято, чтобы психолог транслировал клиенту свой взгляд на его жизнь. И я совершенно не по этой части тоже; моя задача — быть кислотой на картине мира клиента. То есть ко мне приходит клиентка, представляет мне свою такую гладенькую картину мира, спрашивает: «Как мне сохранить семью?», а я беру и совершенно безжалостно плескаю на поверхность её картины кислотой. Там, где настоящий металл, всё начинает блестеть, а там, где ржавчина или трещина, кислота всё разъедает и не дает возможности её проигнорировать.

— То есть советовать развод ты не можешь. А можешь диагностировать его необходимость?

— На самом деле у психолога есть щелка, через которую он может и продиагностировать, и даже довольно нагло посоветовать. Я говорю о разовых консультациях, о такой экстренной помощи. Поскольку это не длительная работа, а сиюминутная, то я могу позволить себе больше, чем классический психолог. И делаю это.

— А что бы ты отнес к моментам, несовместимым или малосовместимым с развитием брака? Может быть, есть какие-то маячки? Допустим, клиентка рассказывает тебе о своей жизни, а у тебя раз мигнуло, два мигнуло, три, а дальше уже звучит сирена тревоги, и молчать в этом случае ты не можешь?

— Да, есть метки, на которые я обращаю внимание. Даже не метки, а места, где звучит колокол, в которых я не просто беспокоюсь, а позволяю себе отставить в сторону любые мои соображения о том, как должен или не должен работать психолог, и веду себя просто как человек, сосед, мужчина. Пару раз в моей профессиональной жизни были ситуации, когда я проклинал себя за то, что чего-то не сказал, а мне казалось, что надо было сказать. Потому я скажу сейчас.

Во-первых, колокол для меня — это прямая агрессия в отношениях, особенно если эта прямая агрессия развивается. К примеру, в браке, который заключался 4 года назад по любви, 3 года назад появился ребенок, и вскоре после этого начались напряжения. Полтора года назад муж назвал жену дурой и идиоткой, год назад дал ей пощёчину, полгода назад рассек ей губу кулаком, а три месяца назад избил её в ванной. В этой ситуации я прямо скажу своей клиентке, что это кончится как минимум больницей, а как максимум тем, что у её ребенка мама отправится в морг, а папа в тюрьму, и это произойдет с вероятностью 85% в ближайшие два-три года.

Если параллельно с этим вектором «дура-побои» у одного из партнёров развивается психическое заболевание, то это опасно до паники. И здесь нет места для сомнений. В этой ситуации я скажу маме или сестре девушки, оказавшейся в заложниках: «Хватайте её за волосы, тащите в полицию сегодня и бейте тревогу. Я заранее знаю, что будет дальше: после того, как мама вытащит за волосы свою дочь, приволочёт к себе домой и привяжет к батарее, муж этой девушки начнёт ломиться в двери, окна, падать на колени и обещать все исправить. Но я не верю в хороший исход этих отношений.

— То есть, если муж называет жену дурой уже двадцать лет и два раза в год даёт ей пощёчину при людях, это совершенно другая история?

— Абсолютно другая! Я почти уверен, что мужчина, который дает жене пощечины два раза в год, живет в подъезде, где в половине квартир мужчины ведут себя так же, то есть эти пощечины и эта «дура», — это всего лишь культурный (точнее, антикультурный) код. Код этой парадной, этого дома, этого района. Когда ко мне в письмах обращаются: «Что делать, меня избил муж?», я всегда спрашиваю: «Как тебя зовут? Из какого ты города?». Уточняю: «У тебя есть тетка, бабушка, сестра брата, которая счастлива и которая хорошо к тебе относится? Пойди и поговори с ней о том, что у тебя происходит». Потому что в том месте и той семье произошедшее может быть вариантом нормы. В любой ситуации, где женщина чувствует агрессию, но где эта агрессия не имеет развития, я бы изучил контекст, фон. Потому что то, что происходит в той семье, может быть ужасно с моей точки зрения, но при этом оно может ничего не значить в контексте семьи.

— Я представляю себе девушку, которая, оказавшись заложницей своего мужа, читает эту статью и, находясь под властью стокгольмского синдрома, задает себе вопросы: «А вдруг это просто ПМС или я сама виновата, или он сегодня просто не в настроении?».

— Я бы тогда для наглядности разделил происходящее в семье по шкале:

  • черно-бордовый сектор, переходящий в красный — это «опасно, убьет!»;

  • красный, переходящий в желтый — «опасно, берегись!»;

  • желтый, переходящий в зеленый — «опасно, но может и обойдется».

Если подробнее, то черно-бордовый сектор ситуативно выглядит так: твой муж — шизофреник, он бьет тебя ногами, увидев, что ты передаешь деньги в троллейбусе через мужчину, из-за него ты снова попала в больницу со сломанным носом. И завтра ты, зайдя в комнату к ребенку, можешь найти его там убитым. И здесь не должно быть сомнений, как действовать. Неважно, ПМС или полнолуние, ты должна была уйти год назад, месяц назад, в крайнем случае, позавчера: ситуация относится к несовместимым с сохранением статуса «замужем». Продолжать её — смертельно опасно для тебя и твоих близких.

Красно-желтая ситуация — это когда он назвал тебя дурой полтора года назад, год назад дал пощёчину, полгода назад рассек губу кулаком. Кто-то живет так довольно долго — до тех пор, пока не попадет в больницу с сотрясением мозга.

Желто-зеленая ситуация — это ситуация, в которой все вроде было нормально, но уже достаточно длительное время ты чувствуешь себя в семье от «плохо» до «никак». И здесь вопрос в том, как давно ты ощущаешь своё «плохо»: если год-два, то, возможно, есть шанс исправить ситуацию.

— В желто-зеленой ситуации есть место для работы психолога. А в двух остальных, выступающих под грифом «Опасно»?

— Знаешь, даже в желто-зеленой ситуации психолог не всесилен. Если навопрос: «Давно тебе так?», клиентка отвечает: «Всегда, я не помню, когда было иначе», то очень мала вероятность того, что можно что-то исправить, потому что исправлять зачастую нечего и незачем. А в двух других сегментах — да, очень болезненный момент состоит в том, что психолог, как исповедник, зная тайны исповеди, не может использовать эту информацию так, как ему бы хотелось. И вообрази: я вижу, что поезд мчится под откос, вижу, что с вероятностью 90% моего клиента, который стоит на рельсах, не может спасти ничего, кроме стоп-крана, но дернуть стоп-кран часто, увы, не в моих полномочиях.

— Развестись нельзя сохранить брак! Где бы ты поставил запятую?

— Я бы ставил её ситуативно в каждом конкретном случае. Для сохранения брака, как и для его прекращения, есть разные причины, и потому в каждом случае есть смысл определиться, какая из них влияет на то, что «воз и ныне тем». Я бы брал общие точки отсчета: манипуляции, алкоголизм, игромания, другая зависимость. Я бы задавал вопрос: «Почему я здесь?» и действовал в зависимости от ответа. «Потому, что я очень боюсь потерять статус» или «Потому, что есть вопросы с кредитами», или «Потому, что я его люблю, и дети его любят», «Потому, что он очень хороший отец» — каждая из этих историй предполагает свой вариант действия.

А может быть, ты все еще в браке, потому что у тебя есть определенные убеждения, верования, ценности, присвоенные тебе еще в глубоком детстве, против которых очень тяжело пойти, например, «Свадьба в жизни только раз, может два, а может три, но это не для нас!», — и ты не представляешь, что у тебя может быть два брака, и не сможешь посмотреть в глаза мамы на фотографии (даже если она 30 лет назад ушла), если не сумеешь сохранить семью? В тот момент, когда ты признаешься себе в этом и задашь вопрос: «На страже чего стоит моя ситуация?», ты начнешь двигаться к выходу.

— То есть волшебная таблетка — это вопрос «Почему я всё еще здесь»?

— Да, этот вопрос многое ставит на свои места. Если это брак по расчету, то продолжает ли работать тот расчет, который ты закладывала в него, или следует поменять договор? Договор поменять невозможно, но можно расторгнуть? Это тоже вариант.

Это брак по любви? Отлично! А любовь-то еще есть? Если есть, то все продолжается. Если нет, то готова ли ты перейти от брака по любви к браку по расчету?

Если любви нет, а договор не работает, то может быть, пришло время расторгнуть этот договор, поскольку поменялся контекст событий?

Или, например, ты здесь, потому что обещала маме, что будешь хорошей дочкой, мамой и женой. Но готова ли ты продолжать жить здесь, так, как ты живешь, если мамы уже нет? Или, может, пойти на психотерапию и что-то скорректировать? Или статус «хорошей девочки» дороже той боли и унижения, что ты испытываешь, и нынешний образ жизни тебе ничто не сможет заменить?

— Мы поговорили, кажется, обо всем. Вот только про любовь не поговорили. Любовь — ерунда, когда дело касается развода?

— Нет, знаешь, не ерунда. Когда ко мне приходит семейная пара на грани развода, я задаю и мужу, и жене по два вопроса. Первый: «Любишь ли ты его/её?», а второй: «Хочешь ли ты быть с ним/с ней счастливой?». И действую дальше в зависимости от вариантов ответов. 

И если она говорит: «Я люблю его, но не хочу с ним быть», это «не хочу с ним быть» может относиться к конкретной ситуации, например, супружеской измене. И если девушка готова посещать психолога, вполне может появиться положительная динамика. Если она говорит: «Я его не люблю, но счастливой быть хочу, если это возможно с ним, то я за», — то там большой материал для работы. Если она говорит: «Я его не люблю и не хочу быть с ним счастливой», — то говорить не о чем, она не придет второй раз, не возникнет мотива. Если она говорит: «Я люблю и хочу быть счастливой» (а тем более, если это звучит с обеих сторон), — то есть повод разговаривать, это очень хорошо показывает, что происходит в семье.

Правда, если ситуация старая, хроническая, то работать с ней сложно, даже если есть большое желание у обеих сторон, а если ситуация острая, то, какой бы она ужасной ни была (к примеру, вчера он её избил, она уехала от него сегодня, и он «развёл» её на встречу у психолога, и вот они встретились), если есть мотивация с двух сторон, то можно попытаться что-то сделать.

— То, что ты сегодня сказал, ценно не только людям, которые находятся в ситуации «А может быть, развод — это единственно верный выход?», но и для тех, кто смотрит на ситуацию со стороны, и понимает, что их бездействие может быть преступно.

— Да. Но я отдаю себе отчет, что это очень опасное место. Потому что, с одной стороны, спасающие часто видят то, что они хотят увидеть: к примеру, тёща провоцирует ситуацию в семье до ситуативного мордобоя, и тут же начинает крушить все вокруг. С другой стороны, семья — это сосуд, который не обязательно транслирует в мир картину, как она есть. Отражения и искажения здесь возможны чаще, чем где-то еще. Но, конечно, если провод возле лампы оголён, то человек должен знать: может, 220 вольт и не убьет в этот раз, но провод лучше изолировать. А пока он не заизолирован, не нужно допускать контактов с ним.

Елена Максимова

Хочу попробовать всё съедобное и вставать во сколько моей душе угодно! А за фигуру мою не переживайте, я худющая и всё равно прекрасная.

Оставить свой комментарий

Правила общения на сайте:

— Комментарии проходят премодерацию.

— Здесь нет демократии и мы не обсуждаем свои решения.

— Мы рады адекватным собеседникам.

Простейшие нормы приличия позволяют пройти наш «фейс-контроль», если вам сложно понять нашу речь, специально для вас: правила комментирования на сайте.

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ещё несколько последних записей в рубрике
Психология
как быть собой
Как остаться собой?

Мы живем в мире примеров, с самого детства нам приводят примеры, кто поступил хорошо, а...

Психология
Высокая самооценка поможет тебе стать вершителем своей судьбы
Высокая самооценка поможет тебе стать вершителем своей судьбы

Всё ещё мучаетесь вопросом на сколько хорошо или на сколько плохо иметь высокую самооценку? Михаил...

Психология
воспитание детей
Стили воспитания детей, их разновидности и характеристики

Семья для каждого человека является обществом, благодаря которому он получает свой начальный опыт социального общения....

Психология
когда трудно общаться
5 признаков девушки, с которой трудно общаться или почему от неё бегут подруги и парни

Инициатива в общении не всегда бывает взаимной. Если кто-то в ответ на дружеские жесты отвечает...

Психология
женщина говорит с мужчиной
Как понять, что имеет в виду женщина, когда говорит, перевод с женского языка на мужской

Совершенно очевидно, что мужчины и женщины говорят на разных языках — даже если с одним...

Психология
перестать беспокоиться
Как нельзя вырваться из круга беспокойства или бесполезные стратегии избавления от беспокойства

«Мне непременно грозит увольнение», «для супруги я одно разочарование», «врач согласен с диагнозом другого, но...

Популярно
Do NOT follow this link or you will be banned from the site!